стартовая карта сайта написать письмо контакты
 




    
Партнеры
партнерские ссылки
  Здесь //www.plesenistop.ru/udalenie-pleseni-i-gribka.html удалят плесень и грибок в Москве.
 

Пограничная полоса. История русско-китайских отношений



Всю зиму мы готовились к новому путешествию. Вообще-то оно было продолжением велопоходов последних лет по изучению колонизации русскими Сибири. Но в этот раз мы попытались осмыслить некий итог этого процесса: первое в истории юридическое и фактическое оформление южной границы Российской империи.

Дело в том, что долгое время подобной границы у России вообще не было. А был планомерный, более чем столетний захват русскими территории, принадлежавшей предкам современных хакасов и тувинцев. Хотя и те никогда самостоятельными не были. Ими владели, как данниками-кыштымами, енисейские кыргызы, а те, в свою очередь, платили ясак монголам или, в более позднее время, калмыкам.

Захват этот осуществлялся русским государством путем обозначения своего присутствия строительством системы острогов вдоль крупных рек: на юг вверх по Енисею и на восток по Ангаре, Лене и Амуру. Подход в животном мире известный: так же поступают и дикие звери, обозначая захваченную территорию своими испражнениями. И действенный: мирному населению противостояла агрессивная наглость, в нашем случае подкрепленная более совершенным оружием и боевым профессионализмом. И все же инородцы сопротивлялись: и остроги жгли, и в рабство русских угоняли, и посевы вытаптывали. Но вмешался случай: угнали калмыки почти все местное население на очередную междуусобную войну, где оно и погибло. А остатки добил бывший царский политзаключенный Василий Многогрешный в карательном походе на тубинцев в 1692 г. Так что и остроги вскоре стали не нужны, превратившись в городища с тюрьмами. И казаки-первопроходцы стали, соответственно, пограничниками, полицейскими, надзирателями, а где-то и просто крестьянами. Но это было много позднее. А в 1727 году китайская империя настояла-таки на разделении границ. К тому времени маньчжурская династия Цин завоевала Монголию и ее вассалов и, опасаясь беспринципности русского царя, в течение нескольких лет требовала от него цивилизованных взаимоотношений. Сначала Нерчинским договором в 1689 г. была определена в общих чертах южная граница России по территории нынешней Бурятии. Потом была многолетняя переписка и обмен посольскими делегациями - а русские между тем продолжали строить остроги. По Указу царя Петра Первого все земли в поймах рек Обь, Енисей и Лена и их притоках, а также горы, "в коих они берут начало до самого океана", были объявлены царскими: "И если на оных кочуют разные посторонние люди - то царь это дозволяет, потому что в тех местах пустота и поселения не было". И действительно ведь, кочевники-то оседло не жили, перевозили свои юрты туды-сюды. Не по-русски как-то жили…

С мертвой точки пограничный вопрос сдвинула Екатерина 1, взошедшая на престол после смерти Петра. И уже через два года Буринским трактатом (по названию речки, протекающей недалеко от Кяхты, где шли переговоры) границу между империями провели по горным хребтам, на вершинах которых установили пограничные маяки. По Енисейской губернии их поставили в Саянах на торговых путях с Монголией в количестве пяти штук.


Карта бассейна верхней части реки Енисей, составлена по Карте Военно-Топографического Управления Генерального Штаба 1887-1891 г., и новым географическим данным.

Их-то мы и намерены были отыскать. А заодно посетить казачьи станицы, которые возникли как пограничные форпосты в середине 18 века, через 30 лет после разграничения территорий. И почувствовать, понять тех русских, что первыми пришли в эти земли и согнали с нее, ассимилировали, истребили, поработили некогда многочисленные племена аринов, алтырцев, тубинцев и белтырцев.

Саяны До Абакана мы доехали на поезде. 160 км прекрасного асфальта и Таштып перед нами. Эта местность наиболее населена хакасами, триста лет назад сумевшими увернуться от калмыцкого ига и принявшими русское подданство. Они сохранили свой язык, остатки культуры, но, по сути, давно уже обрусели. Здесь была первая пограничная казачья станица. Но… директор музея куда-то уехала, учитель истории нас отправила к заведующей госархивом, а та переадресовала в соседний город к любителю-краеведу. Никто тут ничего об истории возникновения села не знает и не смог нам показать гору Будка, на которой располагалась караульная застава. А сами мы ничего не нашли. После чего через перевал выкатились в бывший АБАканский железоделательный ЗАвод, который первыми коммунистами был поименован в соответствии с революционным временем аббревиатурой "АБАЗА". На ул. Фестивальной встретились с еще бодрым 75-летним Михаилом Павловичем Захаровым. Пять лет назад в составе экспедиции Абаканского телевидения он побывал на г. Самбыл, где видел сложенный из камня тур, который считает пограничным маяком № 24. Однако я его разочаровал. Этот маяк находился на перевале Шабин-Дабага по крайней мере на 30 км восточнее, его место точно указано на имеющейся у нас карте 1835 г. А тур может быть обыкновенным "одо", который выкладывают хакасы на перевалах для поклонения духам гор. Да и читанные мною архивные отчеты путешественников четко говорят о Шабин-Дабага. В ту сторону мы и поехали по грунтовке, добрались до какого-то лесного кордона и там выяснили, что некогда активно функционировавшая тропа совсем заросла, тракторного следа по ней нет, и никогда не было, а при большом желании можно пробраться на перевал только верхом на лошади примерно дня за два. А на байках там делать нечего. Ладно, тогда попробуем хотя бы на Самбыл забраться, дорогу туда нам подробно М. П. объяснил. И что же? Около 70 км разбитых лесовозных дорог вдоль речки Карасибо, два часа пешком по крутой малозаметной таежной тропе, а мы по-прежнему в начале подъема.  Плюс сотни клещей и Чертеж Саянского острога середины 18 векадесяток их энцефалитных укусов, комарье, питание прошлогодними кедровыми шишками, вечер. Короче, мы отступили. Да, нелегко было казакам. Поэтому, наверное, и добирались они до границы по 9 дней и только один раз в год, в конце августа. А мы-то сунулись в июне, в большую воду, высокую траву и активный гнус.

Пришлось наутро вернуться в Абазу и поставить иммуноглобулин не привитым. Через бывшую казачью станицу Арбаты ("Тяжелое место") проселком и скотопрогонной тропой (ехать вообще невозможно) через очередной перевал вышли на станицу Табатскую. И там тоже нет сейчас казаков и никто прошлого своего не помнит. Ночевали на водохранилище около Беи, а на следующий день добрались в Саяногорск, где наконец-то (с прошлого года) попали в краеведческий музей. И ничего там полезного не увидели. Мол, все в запасниках, места мало, а денег нет. Нашли фото чертежа Саянского острога (не очень соответствует местности), совершенно не исторический его макет (художник и не скрывает вымысел). А вот о древней крепости Омай-тура (3 век до н.э.) вообще никаких упоминаний нет. Как нет и сведений об уникальной Уйской оросительной системе, построенной Советами в 1926-1939 гг. и Остатки Уйской плотиныпросуществовавшей почти 30 лет, вплоть до строительства Саяно-Шушенской ГЭС. Вода накапливалась в небольшом водохранилище притока Енисея Уй, потом по деревянной трубе диаметром 1,25 м и длиной в шесть километров подавалась на поля Койбальской степи. Из-за необходимости строительства автодороги прежние каналы разрушили и вместо них соорудили железные трубопроводы, вода в которые закачивается теперь насосами уже из Енисея. А доски бывшего водовода до сих пор исправно служат местным жителям, которые построили из них стайки и бани.

Однако в музее нам рассказали об уникальном писателе, поэте и художнике. И мы, конечно, напросились к нему в гости. Очень радушный и приветливый человек оказался, Виктор Николаевич Равнушкин. Дома у него свой, самобытный музей - коллекция деревянных миниатюр на темы жизни человеческой. Тут и каменный век, и скифы, и период освоения русскими Сибири, и быт их дореволюционный.

Макет деревенской церквиВсе ярко, живо, динамично. А стихи какие!
"Клик журавлей и стук дождя в окошко.
И небо, на которое молюсь.
Девичий смех и перебор гармошки -
они твой облик, искренняя Русь".

Это из "Песни о Родине". Или вот:

"Но посох мой о камни изотрется,
пока пойму: до Бога не дойти!"


А это про казаков:
"На стенах возведенных крепостей
они смотрели вдаль, под рукавицу…
Указами своих Государей
вдоль рек столбили новые границы".


Равнушкин, кстати, в 1976 г. открыл для археологов Айдашинскую пещеру (под Ачинском) и является соавтором ряда научных работ. А еще раньше он поставил памятный знак на месте истока реки Урал (Яик). Он также собрал огромный альбом старинных фотографий о своем родственнике - красном командарме Щетинкине, прекрасно знает его биографию. Сейчас писателю 74 года, но он по-прежнему пишет стихи и сказки, истово режет из кедра и липы свои "живые" маленькие скульптуры.

А в Майне мы познакомились с 70-летним журналистом Грек Олесем Григорьевичем, знатоком заселения русскими среднего Енисея. Недавно он опубликовал свой монументальный труд "Саяногорск означенный". Нам же высказал крамольное неопубликованное суждение о первом казачьем диссиденте Нашивошникове, который организовал вторую "шатость" в Красноярске, саботировав выполнение царского Указа о строительстве острога за Большим порогом, в нынешней Туве. Более того, еще и дело переиначил таким образом, что виноват оказался сибирский генерал-губернатор князь Гагарин, которого сумасброд Петр 1 и повесил (вообще-то было за что). Однако время показало, что прав был в плане выбора места для острога и царь, и Гагарин. А Нашивошников думал не о присоединении тувинской территории к России, а о том, как хреново братьям-казакам по году в командировках лишения терпеть.

Еще 20 км пути и мы уже не на самой крупной в мире Саяно-Шушенской ГЭС. Небольшая экскурсия во внутрь отделанного мрамором машинного зала, осмотр музея (где наконец-то мы узнали подробности об Омай-тура), дешевый, но сытный обед в столовой и - в Сизую, на другой берег Енисея. Переезжали по Майнской ГЭС (построенной исключительно для регулирования сброса воды), которая упирается прямо в Омай-тура. К сожалению, от древнего вала осталось всего метра два. Место для контроля движения иноплеменников и контрабандистов было выбрано древними очень удобное. Здесь Енисей сжимается скалами и зимой скифскими "таможенниками" перегораживался специальной изгородью. А летом сюда никто и не лез. Но все равно на другом берегу напротив крепости на вершинах гор Большой и Малый Карак (Око) располагались сторожевые пункты аборигенов. И почему Саянский острог поставили не здесь, а в совершенно непригодном для жилья и бесполезном для контроля месте, где обзор Енисея перекрывается аж двумя огромными островами? Кстати, на месте Омай-тура перед затоплением производились раскопки и была обнаружена самая старая в мире примитивная статуэтка человека из обожженной глины, которой 12 тысяч лет. А еще там были наскальные изображения быка и охотника с луком, выполненные краской, состав которой до сих пор не известен. И нашли каменный топор и скребок, которым тоже по 10-18 тысяч лет. Всего 23 культурных слоя! Обжитое, видно, было место.

Николай Шемелин Фантастика

















Дневку устроили в с. Сизая у велосипедиста-путешественника Николая Шемелина (тел. 8-961-738-6329). Он еще и самодеятельный художник, и поэт: "Здесь жизнь тихонько отступила, сады ушли обратно в лес, и синь струится сквозь стропила, как назидание небес".

Каменный городокОтмылись и постирали вонючее. Наговорились. Сходили в музей Ивана Ярыгина и неожиданно открыли для себя художника К. Т. Луканина. Его картины "Каменного городка" восхитительны. Пейзажист умер в возрасте 72 лет, заблудившись в лесу. Очень тепло, как старые знакомые расстаемся с работниками музея: нам пожелали попутного ветра.

Могилку поправили и помянули бабушку






По знакомой с прошлого года дороге заезжаем к месту, где когда-то был Саянский острог и вдруг узнаем, что наша знакомая баба Таня - внучка строителя местной церкви, умерла. Доконал-таки ее сын-алкоголик. Конечно, едем на кладбище: косо поставленный крест, могилка провалившаяся. Андрей привез из деревни лопаты, холмик набросали, крест выровняли и фамилию на нем ножом вырезали: "Горявина-Садовская Татьяна Вениаминовна". Годы жизни писать не стали - не знаем.

Помянули бабушку гостинцами, которые ей же и везли. Грустно все это. Красиво начиналась ее жизнь, да сельсоветская власть все отобрала, разорила, затравила, загнала в убогость.

ВстречаВылетаем на трассу - ветер в спину. Деревни мелькают одна за другой. Асфальт, щебенка, проселок, снова асфальт - 80 км на одном дыхании. Музей в с. Ермаковском уже закрыт, но для нас сделали исключение. Наскоро обедаем в придорожном кафе и снова на колеса. Неожиданная встреча: мы догнали группу велосипедистов. Эдвард англичанин, Виктория и Даниил - из Швейцарии. Они едут уже три месяца из Мурманска, а Эдвард - 4 месяца с Украины. Где-то иностранцы встретились и теперь вместе путешествуют в Монголию.

Они подчеркнуто вежливы и доброжелательны, но вместе с нами ни чай пить, ни ехать, ни ночевать не хотят. Странные люди, живущие на асфальте. Они и пищу готовят на примусе на обочине, и про запас воду с собой везут, и ночуют на автозаправках, и в музеи не ходят. Вообще никуда не сворачивают - тупо крутят педали, пожирая километры Усинского тракта. Еще дважды мы встречались с ними на своем маршруте, но дальше разговоров ни о чем знакомство так и не продвинулось.


Короткий дорожный романНа память наш накомарник













Русские люди не такие. На Буйбинском перевале мы случайно остановились около мужика, торговавшего черемшой. Вот это личность! "В лесу нужда - великое благо, а в городе - великое зло!"   Или: "Доброта спасет мир!" По памяти читает Байрона, цитирует Сократа ("Покой - свет человеческой мысли") и Платона ("Небо - объект высочайшей красоты и точности", "Кто мудр, тот добр. Кто добр - тот мудр", "У человека три зла: бедность, болезни и несправедливость"). Да и сам хорош: "В потоке мыслей я блуждаю. Я истину ищу. Она всего дороже мне на свете. Истина!", "Здоровый нищий счастливее больного короля". Раньше Леонид жил в Риге, но уже 18 лет как переехал в Саяны, срубил в тайге избушку и по вечерам смотрит, как затухают в его печке угли. Он ходит босиком ("Вы видели медведя в сапогах?"), общается с лесом и звездами ("Луна - моя подруга") и пенсию оформлять не хочет - боится, что она избавит его от нужды. 

Вид с перевала на нашу дорогуА мы сворачиваем на старый Усинский тракт к Каменному городку - уж сильно хочется воочию увидеть то, что рисовал художник Луканин. 23 км заброшенной дороги, многочисленные броды, промозглый ночлег на перевале - это уже седьмой день пути.

С утра налегке получаем удовольствие, потом долго возвращаемся, жарясь на испепеляющем солнце. 

Каменный городок






Каменный городок














За Ергаками подкормились у туристов, немного переспали жару под автомобильным мостом и уже в Арадане вдруг вспомнилось, что у меня сегодня день рождения. Красное сухое вино на ужин, простенький салат из апельсинов с бананами, незамысловатые тосты: приятно, когда выглядишь на 45, а тебе на самом деле 54. Байкеры возраста не имеют - это состояние души. А если бы еще и сбрить недельную щетину!

Крыло Этот вечер стал переломным, потому что наутро мы снова сделали салат из дикого лука, помидоров и огурцов, сварили картошку и впредь вообще стали готовить нормальную пищу: супы, хлеб поджаренный, те же салаты. Ехать стало заметно легче - произошла перестройка всего организма. И в группе установились ровные, спокойные отношения - на стоянке каждый делает свое общее дело, не напрягая других.

Снова сворачиваем на старую Усинскую дорогу и неожиданно видим медведя - он уверенно плывет через реку в нашу сторону. Выскакивает мишка на дорогу буквально в 20 м от нас, ходко пробегает мимо и лихо уносится в лесную чащу. Так что никто ни испугаться не успел, ни фотоаппарат достать. Только мокрый след на дороге остался. Дорога вьется около Уса, который "говорлив и вечно молод меж крутых скалистых гор, знойным летом, в зимний холод воды катит на простор". Усинский тракт государство начало строить в 1910 г. на основании соответствующего закона ГосДумы. Под эти цели был выделен кредит в 1,25 млн рублей. Все работы выполнялись вручную местными крестьянами, которые нанимались вместе со своими лошадьми и телегами.  И только в 1913 г. небольшая группа каторжан была Старый Усинский трактпривлечена на обустройство паромной переправы через р. Оя в районе с. Ермаковское. А в декабре 1914 г. дорога уже начала эксплуатироваться. Достраивали ее при Советской власти, в 1932 г. пустили автотранспорт, но из-за узости проезжей части в Туву ездили только днем (как мы), а ночью шли обратно.

В 1970-е годы началась очередная реконструкция дороги и к настоящему времени на ней сделали три многокилометровых объезда, построили железобетонные мосты, полностью заасфальтировали. Дорога стала значительно короче, проще и неинтереснее. И теперь путешествие по Саянскому кольцу уже обыденно - не подвиг, как раньше.

В с. Верхнее Усинское без труда находим единственный здесь двухэтажный дом с балконом. Когда-то в нем располагалось Управление Усинским пограничным округом, жил пограничный начальник, творилась история взаимоотношений России с Монголией и Китаем, потом с Тувой.
Дом пограничного комиссараЭти тувинцы носят русские имена
 












Но все архивы ныне утрачены, после революции в этом доме был магазин, и местные краеведы о знаменитом прошлом особняка даже не подозревают. В селе, когда-то основанном старообрядцами, русскими купцами и православными монахами, сейчас живет половина тувинцев. Это восточные тувинцы, уже в течение 150 лет мирно живущие рядом с русскими.

История восстановлена спустя 277 летА вот с западными тувинцами нам встречаться не рекомендовали - настоящие националисты, убить или ограбить запросто могут. Отсюда до границы осталось километров 70 и она, судя по карте, проходила в аккурат через перевал "Нолевка" (1000 м над уровнем моря). Сейчас это место новая дорога обходит, но мы едем ее старым участком, сильно разбитым лесовозами. Поднимаемся в перевал и, конечно, о границе не обнаруживаем никаких напоминаний. Лезем на вершину, складываем тур, устанавливаем памятную доску с надписью 1727 года: "Граница отсюда". Ощущаем волнующую историчность происходящего - для этого ведь и ехали.


Смысл этих пентаграм не известенЭто наш предок
 
























Так здесь писали еще за 1500 лет до появления тувинцев
 






















Эпизод человеческой жизни в СибириВсе последующее уже не так ярко: таможня Шивилик, первое в Туве русское поселение Туран, археологические раскопки скифского царского кургана в Аржаане, захваченный тувинцами русский город Белоцарск, шаманы. Интересно, конечно, но устали - около 1100 км, 12 дней в пути и уже хочется домой. Все равно только потом, позднее, придет глубокое осознание увиденного, по-новому осмыслится русское прошлое этих мест - всего лишь эпизод человеческой жизни в Сибири.





Владимир Черников
19-30 июня 2004 г.

Приложение: История возникновения пограничной линии с Урянхаем
(конспект исторических публикаций и документов)

список путешествий

 


наверх, на стартовую, карта сайта, поиск по сайту, контакты

Copyright, 2005-2012, велоклуб «Грязные носороги»
тел.: +7 (3912) 42-65-24, +7-908-203-8860
написать письмо

Разработка сайта: «Интек-Медиа»